Чтобы помнили…

5308.jpg

Юрий Калугин

Чтобы помнили…

Прекрасный майский вечер на Подоле,
Полуподвал, уютное кафе.
Швейцар у двери в дорогом камзоле,
А в зале иностранцы под шафе.
Пройдя все храмы, лабиринты Лавры,
Решили немцы плотно закусить.
Спеть свои песни местным для забавы,
Про жизнь в Европе быдлу объяснить.
Гостей горилка развезла по полной,
Орали все: и бабки, и деды.
Вели себя, ну скажем так – не скромно,
Ещё чуть – чуть, и надо ждать беды.
Открылась дверь за маленькою сценой
И хор немецкий моментально стих.
Словно исчезли звуки во вселенной,
А старший группы  как-то вдруг поник.
Стоял старик в солдатской гимнастёрке,
Казалось, будто он пришёл с войны,
Явился к ним из потайной каморки,
Напомнить всем про этот день весны.
Смычок прилёг на струны старой скрипки,
Медалей блеск, сиянье орденов.
Поплыли молча в тихом танце блики –
Посланники загадочных миров.
Звук первых нот раздвинул сразу стены,
Над головой поднялся потолок.
Концлагерь Собибор и вой сирены,
В бараке кукла, детский узелок.
Дым из трубы и пепел в вагонетках,
Побег, ранение, дорога на Берлин.
Допросы, протоколы в кабинетах,
Рейхстаг, Победа, иней от седин.
Летели звуки небывалой силы,
В морщинах слёзы горькие текли.
А скрипка дальше пела про могилы,
Про горсть земли, что свято берегли.
Словно в кино, мелькали чьи-то тени,
Субтитром плыли предков имена.
Слабеть у немцев начали колени,
Иврита в воздухе витали письмена.
Играл старик, явившись ниоткуда,
Сверкали золотом родные ордена.
КипА вместо пилотки – что за чудо!
Народ безумный, страшная страна…
Концерт окончен, замолчала скрипка,
На выход «гости» двинулись гуськом.
Эншульдигунг! Простите за ошИбкА!
В автобус группа ринулась бегом.
Был месяц май, старик с «войны вернулся»,
А дома вновь гуляет немчура…
Хамят, жируют, над людьми смеются,
Взашей поганцев гнать уже пора!

Гляделки…

-Мам, что там дедушка сидит
И смотрит в никуда?
Тихонько с кем-то говорит,
С улыбкою всегда.
-Ну, хочется ему сидеть,
Вот так он и сидит.
На фронте обманул он смерть,
С ней видно говорит…
Руками опершись на трость,
Сидел седой старик.
Щенок скулил глодая кость,
Переходя на визг.
-Ну, что, играем, или как?
Сказала деду смерть.
Дурить меня, гляжу мастак,
Давай опять глядеть…
-Тебе на свете скучно жить,
Я, что, один такой?
Не хочешь просто так убить,
Иль я какой изгой?
Совсем измучала меня,
Пора? Тогда, идём!
Чего пугать косой звеня,
Коль нет, чайку попьём.
-Я няньчусь с теми, кто мне мил,
Кто в “душу” мне запал.
Ты умолял меня, просил,
Смотрел в глаза и ждал…
Давно понравился ты мне,
Чего теперь скрывать.
Но правда, видно не в вине,
Давай опять играть…
Пойдём сегодня на рекорд
И смотрим два часа.
Прощальным будет твой “аккорд”,
А нет – то, чудеса…
Смотрела смерть ему в глаза,
Дед снова не моргал.
В морщинках спряталась слеза,
А он сидел и ждал…
-Играем мы  который раз,
Ты снова победил.
Уйдёшь со мной но не сейчас,
Дам годик, чтоб пожил…
-Спасибо, ей сказал старик,
До встречи через год.
Играл со смертью фронтовик,
Вновь оттянув исход…
В подъезд открылась тихо дверь,
Девчушка подошла.
-Про вас я знаю всё теперь,
В учебнике нашла!
За ручку буду вас водить,
Ведь вы слепой совсем.
Прочту, что надо, дам попить
Нет никаких проблем.
Смерть оглянувшись, замерла.
Вот это поворот!
Как разглядеть-то не смогла?
Паршивенький народ….
Старик ждал новый приговор,
Готов был ко всему.
Чего запросит “прокурор,
Расстрел, или тюрьму”?
Поправив сползший капюшон
Смерть подошла к нему:
-Вид у меня и впрямь смешон,
Как вышло, не пойму.
Играть в гляделки не хочу
Я более с тобой.
А через годик подскочу,
В морской сыграем бой.
Старик смотрел куда-то в даль,
Где скрылась его смерть.
Ему “подругу” стало жаль,
Её бы приодеть….

Купите за копейки Ордена…

Память опять в девяностых застряла,
Где всё пустили под нож.
Утром  помойки  толпа разгребала,
Тут  академик и бомж…
Все стадионы – уж платные рынки,
Проданы на год места.
Едут из центра, везут свои крынки,
Масла купить и сальца.
Рынок обычный в Российской глубинке,
Много таких по стране.
Книги, обувка, хрусталь и картинки,
Даже ковры на стене.
Каждое утро в спортивных костюмах
Ходят качки по рядам.
Деньги сшибают без лишнего шума,
Если не дал – по зубам…
Рядом со всеми на старенький ящик
Как-то дедулька присел.
Взглядом просящим смотрел на входящих,
Что-то под нос себе пел.
Он на обрывке картонной коробки,
Все ордена закрепил.
Видно, что нету в торговле сноровки,
Не зазывал, не просил.
Деда толкнули здоровые парни –
«Место пора оплатить!
Если нет денег, вали в свой свинарник,
Либо придётся учить»…
– «Мне бы немного собрать на лекарство,
Бабка совсем уж плоха.
Кто помогал, улетел в Божье царство,
Там на погосте сноха».
Парни глумились над дедом нещадно,
Бросили в пыль ордена.
Свора подонков была беспощадна,
Им не в пример седина.
Возле ворот тормознула девятка,
Резво все ринулись к ней.
Старший докладывал всё по порядку,
Пел, как весной соловей.
Тут из машины вдруг вышел мужчина,
Медленно к деду пошёл.
Стрижка под ёжик, но видны седины,
Под олимпийкою ствол.
Рядом присев на потрёпанный ящик,
Вдруг ивиненья принёс.
Я в этой жизни, увы не приказчик,
Тут не об этом вопрос.
Ты заслужил ордена и медали,
Ранен, контужен не раз.
Не для того, чтоб в стране воровала
Кучка отпетых зараз?!
Сунув в карман денег толстую пачку,
Деда подвёз до крыльца.
Дал ему столько ж  ещё на заначку,
Чтоб уж теперь до конца…
Таяли слёзы у деда в морщинах,
Он ещё долго стоял.
Мясо и сало торчало в корзинах,
Виски в бутылках сиял.
Этому дедушке выпало счастье,
Спас незнакомец от бед.
Он все проблемы решил в одночасье,
Выдав «счастливый билет»…
Сколько таких орденов и медалей
Деды продали тогда?
В руки копейки безбожно бросали,
Подвиг купив без труда…

Не заживающая рана…

Афганистан! Не заживающая рана…
Колонна пятится спасаясь от огня.
Разорванное тело капитана,
Пылающая БэТэРа броня…
Мы шли домой тогда из Кандагара,
Попав в ущелье в огненный капкан.
Не все вернулись из того кошмара,
Погиб в бою наш бравый капитан…

Здесь пот и кровь смешались воедино,
Глаза сечёт осколками песок.
Счёт снайпер свой ведёт неумолимо,
Ещё один подставил свой висок.
Нам повезло, мы вышли из ущелья,
Как будто ангелы , вертушки подошли.
В тот миг просил у Господа прощенья,
Просил родных, чтобы свечу зажгли.

Не каждый смог тогда домой добраться,
Обнять своих любимых и родных.
Не одному в тот день пришлось остаться,
Пополнив списки вечно молодых…
Афганистан покинули войска,
В душе ожог, не заживает рана.
Аэропорт и впереди Москва!
А я всё вспоминаю капитана…

Свеча памяти…

В леса плеснула осень краски,
Горит малиновый закат.
Деревья,  будто  бы из сказки,
В шеренгах праздничных стоят.
Надень ка свой берет, братишка,
Его ты честно заслужил,
Пришёл в отряд совсем мальчишкой
И здесь всю жизнь свою прожил.

Сегодня в этот тёплый вечер
Зажжём, как водится, свечу.
О тех, кто уходя навечно,
Сказал:” Я скоро прилечу!”
Поднимем тост за командира,
В деталях вспоминая бой,
Когда всех минами накрыло,
Он пацанов закрыл собой…

Ночной звонок нам часто снится,
Ущелье чёрной полосой.
Висят вертушки, словно птицы,
Где смерть орудует “косой”.
Мы вспомним вёрсты и невзгоды,
Расскажем старый анекдот.
Пусть сединой нас красят годы,
Не страшен новый поворот.

Мы не купаемся в фонтане,
Не бьём бутылки напоказ.
Ведь не нуждается в рекламе
России краповый спецназ.
Пусть маршируют на парадах
В “коробках”  верные сыны.
Мы проводили дни в засадах,
Чтоб по ночам вам снились сны.

Свеча погасла, кончен вечер,
Слегка хмельные по домам.
Приклеил лист холодный ветер
Ещё один к моим годам…
Дни пролетят довольно быстро,
Вновь соберёмся за столом.
В камине светлячками искры,
А мы ещё разок споём….

Долгая дорога

Вечер склонился над хатою старой,
В небе струится дымок.
Яркой полоской закат догорает,
Ржавый на петлях замок.
Вышла старушка, на лавку присела,
Хлопотный выдался день.
В след уходящей тропинке смотрела,
Там, где кончался плетень.

Сына на фронт, как и все проводила,
Он иногда ей писал.
С бабами вместе в колхозе трудилась,
Каждый здесь весточки ждал.
Вот и весна сорок пятого года,
Сын написал ей, что жив.
К ней доберётся в любую погоду,
Пусть даже будет без сил.

Долго ходила она на платформу,
С фронта там шли поезда.
Слёзы стирая смотрела на форму,
Тут и медаль и звезда…
Как она сына увидеть хотела,
Чтоб, тот вернулся живой,
Крепко обнять, так, чтоб сердце запело,
Чтобы был рядом, родной.

Месяцы шли и вагоны другие
Стали сюда приходить.
Водку в буфетах гражданские пили,
Выйдя от жён покурить.
Стаями годы летели, как птицы,
Новые люди вокруг.
Новые хаты и новые лица,
Жизнь продолжала свой круг.

Борщ в чугунке накрывала у печки,
Вдруг среди ночи придёт?!
В храме за здравие ставила свечки,
Пусть хоть какой приползёт….
Слёзы текли орошая морщины,
Соль на белёсых губах.
Старый платок прикрывавший седины,
Скомкан в иссохших руках.

– Видимо здесь не дождусь тебя боле,
Нужно идти мне самой.
Ты меня встреть у ворот мой соколик,
Милый, любимый, родной!
Новое утро зарёй занималось,
Старая хата, плетень.
К сыну душа унеслась не прощаясь,
Людям оставив лишь тень…

Я вам не допел…

Как же мало мы в жизни сделали,
Очень хочется жить и жить.
На  себе все ошибки проверили,
Научились любить и ценить.
Мы у края стояли пропасти,
И чистилище жизни прошли.
Отвечаю без ложной скромности –
Что себя наконец-то нашли!

Служба Родине – наша работа,
Без неё  мы не сможем прожить.
Днём и ночью ведётся охота,
Не охото о ней говорить.
Коли встречу ЕЁ, то стоя,
Без таблеток, посудин, аптек.
Не даю ей ни сна, ни покоя,
Непоседливый я человек.

Сколько в жизни хотелось бы сделать,
Посмотреть на счастливых людей.
Смерть солдата – досадная мелочь,
Не бывает война без потерь…
Мне пол века отмерено свыше,
Громадьё недоделанных дел.
Люди! Плачьте немного потише,
Я вам песню ещё не допел….

Сто шагов по Крещатику…

Под тридцать в мае – это слишком,
Такой жары никто не ждал.
В фонтанах плещутся мальчишки,
Крещатик в пекле изнывал…
Старик вошёл в утробу банка,
Прохладный воздух, сквознячок.
Давно он не был в русской баньке,
Сюда б сто грамм, да  шашлычок…
Он подошёл к столу охраны
И тихо, вежливо спросил:
-Где денег снять, мол, ветерану?
Стоять часами нет уж сил.
Охранник, посмотрев на деда,
Пренебрежительно сказал:
– Просрали вы свою победу,
Вали отсюда на вокзал!
Старик вздохнув, сказал мальчишке:
-Работу  б ты себе нашёл.
Весь день сидишь, читаешь книжки,
А так бы что-то изобрёл…
В пакет дедулька руку сунул.
Достал оттуда пистолет.
Икнув, охранник носом клюнул,
Забыв про всё на тот момент.
-Ты паренёк не ерепенься,
Пятак собью с пол ста шагов.
И головой об стол не бейся,
Закрой все двери  на “засов”.
Роль ставни опусти на окнах
И кнопку вызова нажми.
Приедут, да пальнут по стёклам,
А тут весь зал забит людьми…
Скажи клиентам – ограбленье,
Пусть выйдут все в просторный холл.
И не испытывай терпенье,
Чтоб не пустил я в дело ствол.
Звонок – охранник поднял трубку,
Дедульке быстро передал.
-Устроить хочешь мясорубку?!
На том конце майор орал.
-Ты обращайся по уставу!
Сказал спокойно ветеран.
Полковником  я стал по праву,
За мной Ливан, Афганистан.
Майора будто подменили,
Когда узнал с кем говорит.
К нему на лекции ходил он,
Был препод, словно монолит.
Дед рассказал, как отморозки
Забрались ночью в дом к нему.
Стволы, короткие причёски,
Никто не пойман – почему???
Двоих узнал из нападавших,
В Верховной Раде их отцы.
Среди вещей, тогда пропавших,
Забрали китель, подлецы…
На нём моя звезда Героя,
Все ордена, медали там.
Я перенёс не мало горя,
Чтобы простить всё это вам!
Верните форму, я дам слово,
Что всех отсюда отпущу.
Добра не нужно мне чужого,
Иль сам найду и отомщу!
Лишь сто шагов пройти мне дайте
В парадной форме самому.
Ну а потом уже стреляйте,
Я слишком слаб, не убегу.
Вы разрешите обратиться?
Тихонько парень произнёс.
Хочу вам в пояс поклониться,
Смотреть на всё нельзя без слёз.
Я сам служил в Афганистане,
Имею тоже ордена.
Краюшка хлеба на стакане
Была у нас и не одна…
Своих в беде мы не бросаем,
Отсюда выйдем мы вдвоём.
На день Победы погуляем
И под тальяночку споём.
Минуты шли, часы летели,
Пакет доставлен был к двери.
После недолгой канители
Отдали китель упыри.
Открыли дверь, подняли ставни,
Народ не думал выходить.
Дедульку окружили парни,
Его успели полюбить.
В парадном кителе, фуражке,
Полковник вышел на порог.
Был в белоснежной он рубашке,
Сдержать слезу никто не мог.
“Афганец” вёл тихонько деда,
А тот шаги свои считал.
Вдруг песня рядом – “День Победы”,
Полковник просто зарыдал…
Присев на новенькую лавку,
Шепнул:-Сто метров я прошёл,
А вот теперь пора в отставку.
Сказал и к Господу “ушёл”…
Стоял майор из управленья,
Честь отдал дедушке спецназ.
“Афганец” плакал на коленях,
Не пряча покрасневших глаз…
Такое в мае – это слишком,
Такого тут никто не ждал.
Он бегал здесь совсем  мальчишкой,
В войну Крещатик защищал…

Траурная линейка…

Те глаза нам с тобой не забыть никогда
И улыбки, застывшие в мраморе.
Вновь в бутылках стоит ключевая вода,
Замер праздник в торжественном трауре…

Вновь прощенья прошу я у этих детей,
Что в Беслане спасти не смогли.
Чем измерить нам горе и скорбь матерей,
Чьи надежды в тот день отцвели.

Крики помощи, стоны и снова мольбы
И отцов вопрошающий взгляд.
Перечёркнута чья то страница судьбы,
Старики вдоль дороги стоят…

Заминирован зал и фугасы кругом,
Нам бы только до них дотянуться…
Ожидание режет холодным ножом,
Не позволив душою рвануться.

Планы в корне меняются, время идёт…
Дети в школе сидят без воды…
Лишь на третьи сутки настал наш черёд
Разбирать все “завалы беды”.

Разлетаются камни, испуганный взгляд,
Ребятишек собой закрываем.
Чьи-то руки в дыму белый бант теребят,
В этот миг про себя забываем.

Впереди стон и крики, сплошной коридор,
Вспышка, выстрел, опять перебежка.
Первой группой выводим мальчишек во двор,
Жизнь играет – орёл или решка?!

Кто ответит за подлые в мире дела?
И за жизнь, что в грязи под ногами.
Выносили из школы убитых тела,
Растоптав белый бант сапогами…

Разорвал этот праздник надежды людей,
Оборвав чьи-то жизни на веки.
Снова души стоят у закрытых дверей,
Красит кровь полноводные реки.

Те глаза нам с тобой не забыть никогда
И улыбки, что замерли в мраморе.
Мне бы совесть прибрать, знать бы только куда,
Надоело ей быть в вечном трауре…

Ползун…

Как долго ждали все победы
И наконец, тот день настал.
Казалось все остались беды,
Солдат взошёл на пьедестал.
Отец мой был тогда военным
Мы с ним мотались по стране.
Он строил город современный,
Что уничтожен был в огне.
Скитались с ним по гарнизонам
В вагоне вместе вновь сидим.
Кругом солдатики в погонах,
Состав на станции стоит…
Отец ушёл за кипяточком,
А я прилипла лбом к окну.
И любовалась на цветочки,
Что с нами выжили в войну.
Вдруг беготня и суматоха,
Отец с товарищем зашёл.
Тут мама стала страшно охать,
– Кого ж касатик ты припёр?!
Солдатик был совсем безногий,
Был грязный, пьяный, как “свинья”.
Кто он – узнаем по дороге,
Возможно где-то ждёт семья.
Внесли солдатские пожитки,
В купе “заплыл” аккордеон.
А в вещмешке сукно, да нитки
И вдруг медалей перезвон.
Все офицеры обомлели
Когда коробочку нашли.
На орден Ленина смотрели
Пошевелиться не могли…
Прошли войну и каждый знает
За что вручался храбрецам.
Ни кто о нём и не мечтает,
Быстрей добраться к Праотцам….
На дне мешка письмо из дома,
Писала в госпиталь жена.
“-Не нужно мне “добра” такого,
Останусь жить я  как вдова…
Зачем “ползун” мне  в эти годы,
Хочу рожать, хочу любить.
С калекой никакой свободы.
Я молодость должна  сгубить?!”
Солдат проспавшись огляделся,
Узнал куда идёт состав.
В ХБэшку чистую оделся,
Аккордеон свой “распластал”.
Под стук колёс и гомон с полок
Поплыл в вагоне баритон.
Что у героев век не долг,
Про колокольный перезвон.
Летела песня словно птица
Вдруг обгоняя облака.
Под пятернёй не сохли лица
И слёзы лились, как река.
Певец допел и улыбнулся,
-Сержант Авдеев Николай!
Волшебных клавиш вновь коснулся
И песня снова через край.
Авдеев в части был оформлен
И комнатёнкой наделён.
Всегда ухожен и накормлен
Завхозом в клуб определён.
К нему мы бегали гурьбою,
Чтобы нам что-то почитал.
А он с любовью и душою
Свои поделки раздавал.
Однажды он увидел Соню
Она кухаркой здесь была.
Жила со страшною судьбою,
Враз онемела –  “умерла”.
Сожгли детей её фашисты,
Помочь она им не смогла.
Такой нашли её танкисты
У них на кухне и жила.
Глаза, в глаза смотрел Авдеев
И вдруг тихонечко запел.
Пел словно бы хмелея,
А голос, как метал кипел.
Все вдруг увидели запруду,
Гнездо прекрасных лебедей.
Утят убитых, жёлтых груду
И пьяных с ружьями людей.
Ужасный вой в толпе раздался,
Каталась женщина в пыли.
Крик на молитвы  прерывался,
Поклоны бились до земли.
Врачи сказали – просто чудо,
Что песня возвратила речь.
Ей полежать сейчас не худо,
Себя немного поберечь.
На утро Соня прибежала
Сказав, что “чистят” всех калек.
Рыдала, руки целовала
Забрать просила на ночлег.
Прошёл слушок, что едет МАРШАЛ,
Победы маршал – это честь!
Его встречать победным маршем
А там, где лесть, возможна месть….
Встречали всех гостей, помпезно
Апартаменты – высший класс!
Концерт, афиши повсеместно,
На площадь подвозили квас.
Из парашюта сшили платье
Зубрила текст я на зубок.
Ведь я и Жуков – это счастье!
И этот шанс, мне дал сам Бог!
С букетом шла,  не дрогнув бровью,
Воткнулась в чьи-то сапоги.
Я  тёплую ладонь лишь помню
Сказала  дяде – помоги!
-Мой дядя Коля очень болен,
Но замечательно поёт.
Судьбу его решать ты волен,
Он не мешает и живёт…
Мне  Жуков  хитро улыбнулся
И в ложу пригласил к себе.
На стуле мягко обернулся
Вопрос задал тихонько  мне.
-Скажи, что хочешь ты для мамы,
Проси, что хочешь для отца?
Помаду, пудру, иль пижамы,
Звезду для бати молодца?!
Я прошептала :”Дядю Колю,
Не забирайте никуда!
Я напою вас квасом вволю
Пусть будет здесь он навсегда!”
Открылся занавес на сцене
И дядя Коля в орденах.
Аккордеон – в одно мгновенье,
Лишь капли пота на висках.
Он пел душевно,  мелодично,
Весь зал  восторженно вздыхал.
А  Жуков встал и гаркнул зычно-
Вот, кто за нас всех  умирал…
Домой я ехала с подарком,
Конфеты, Рижские духи,
Часы ладонь мне жгли так жарко
Считала все свои шаги.
Прислали ордер дяде Коле,
И в Академии отец.
По чьей скажите это воле
Упал на голову венец?!
В 48-ом, всех подметали,
Везли, Бог ведома куда.
Кого- то просто, расстреляли
Кто сгнил в болотах навсегда.
Тепло в ВАГОНЕ и уютно,
Маршрут обычный Курск – Москва.
Тут песня, что я помню смутно
Через динамик заползла…

Офицеры!

Не исчезнет с годами  дым  вчерашних    сражений,
Вспышки алых  зарниц,    этих    яростных    дней.
Снова  память   рисует  в    зеркалах   отражения,
Всех    героев     погибших    на      этой     войне…
Но в глазах  офицеров,   не    увидишь    сомнений,
Уходивших в кошмар, тот, что смерти страшней.
И вставали в атаку, в полный рост став мишенью,
Вечно    помнит     Россия      своих    сыновей!

Офицеры РОССИИ, честь и доблесть ДЕРЖАВЫ,
Крепость РУССКОГО духа, блеск победы в глазах.
Офицеры РОССИИ, крылья воинской славы,
Ваши подвиги ВЕЧНЫ, ордена в небесах…

Офицерская  честь, выше  жизни  считалась,
А   служенье   РОССИИ,   почётней  наград.
Дорогою   ценою   ВАМ   победа  досталась,
И   её   приумножили  ВЫ   во   сто  крат!
Уходили, как прежде  в тревожные дали,
С  честью выполнить  Родины  новый  приказ.
Оставляя    друзьям   ордена   и    медали,
Растворяясь  в ночи , как  бывало  не  раз.

Материнский наказ, вечно в сердце хранили:
За   Отчизну   свою  “живота”  не  жалеть!
Как  невесту ВЫ Родину нежно, нежно  любили,
И  готовы   не   глядя   за   неё  умереть…
Будем  помнить  мы   ВАС,  офицеры  РОССИИ,
Что   во    славу  земли  своей  пали  в  бою.
Доли  лучшей   себе,  никогда  не  просили,
И согласно  присяге, ВЫ  остались в  строю…

Дорога Жизни…

Сформировали в Курске автобаты
И на платформах прямо в Ленинград.
За руль садились юные ребята,
Но каждый помнил, то, что он солдат.
Среди торосов, ночью, в злую вьюгу,
Колонны шли по ладожскому льду.
Кто маму вспоминал, а кто подругу,
Молился кто-то глядя на звезду.

Не воскресить героев безымянных,
О сколько их погибло той зимой.
Безусых, юных, но таких желанных,
Так никогда и не вернувшихся домой…
Нельзя без слёз нам вспомнить эти годы,
Дорогой  Жизни – Ладога была.
На зло врагам, в любую непогоду,
Она, как вена, как артерия жила.

Вас Фокке – Вульфы били, как подранков,
Но день за днём все двигались вперёд.
Трёхсотый раз садились за баранку,
На память зная каждый поворот.
Любовь нежданно встретив в Ленинграде,
Солдат паёк девчонке отдавал.
Остались вместе, выжили в блокаде,
В край соловьиный он её забрал.

Жизнь словно птица в небе пролетела,
Но мы вас будем помнить, как живых.
Продолжат внуки начатое дело,
Победный стяг был поднят и для них.
Спасибо вам, что выжили в блокаду,
Спасибо всем, кто город отстоял.
Кто пережив обстрелов канонаду,
Перед фашистом на колени не упал.

В “Полку Бессмертном” вы теперь идёте,
По площадям несут вас на руках.
Пока мы живы, с нами вы живёте,
Всех нужно помнить и не забывать.
Людской поток несёт своих героев,
Подняв портреты близких и родных,
Как в сорок пятом снова вышли строем,
Победный марш играет вновь для них!

Служу России и спецназу…

Побывали, братишка, в аду мы не раз,
Знаю точно, что там нам не рады.
Мы не носим береты свои напоказ,
Да и служим здесь не за награды.
Горы эхом стреляли, порою, в упор.
Но мы шли, презирая невзгоды.
Растворясь в темноте, уходили в дозор,
Несмотря на капризы природы.

Не ищите портреты и громких статей,
Мы судьбу со спецназом связали.
Месяцами от нас не бывает вестей,
Но так хочется, чтобы нас ждали.
День и ночь мы работаем без выходных,
На позиции все ждут приказа.
За столом собираем лишь только родных,
Поминая бойцов из спецназа.

Закрывая собой, мы спасаем людей,
Оборвав песню жизни на взлёте.
И уносит на Юг  души клин журавлей,
Распахнув свои крылья в полёте.
Имена в позолоте набьют на гранит,
Цвета крови наденем береты.
Образ юных ребят будут вечно хранить
Недопетые ими куплеты…

Наденьте парни краповый берет,
Что вы хранили от чужого глаза.
Присягу приняв, дали вы обет,
Всю жизнь служить России и Спецназу!

Улетают журавли…

Шелестят шаги под шум дождей,
Раннею зимой  под  снега  хруст.
Вновь бреду я  по  ухабам  дней,
Лишь  срывается  молитва  с  уст…
Вновь коснётся мокрых глаз рука,
Поделив   весь   мир  напополам.
Эхо  снова  расплескают  облака,
Смотрим  вслед летящим журавлям.

Высохла в  моей  реке   вода,
Догонял УДАЧУ – на  БЕДУ!
И  устав  от  жизни, навсегда,
В  ХРАМЕ  на  колени  упаду!

Плачут  звуки на  минорный  лад,
Пальцы  струны, как  одежду рвут.
А в церквях  в  надрыв  колокола,
Пополудни   свою   песнь   поют…
Боль   ДУШИ  не   ведает  границ,
Заслонив    собою    все     года.
Снова  в  стае  перелётных  птиц,
Рано     улетевших    из    гнезда.

Вновь  слышна   мелодия   вдали,
Где листва теряет  власть  свою.
Улетают,    улетают     журавли,
Дарят  песнь  прощальную   cвою…
На  траве  туман  по   следу  лёг,
Отпустить бы мысли все на волю.
Полной грудью задышать бы смог,
Только снова серым  волком вою.

Пробегу   по   небу    босиком,
Посмотрю я  сверху  на  людей.
Может  быть  не  буду дураком,
Отворю  сто  запертых  дверей?!
А   когда  наступит  УЖ  черёд,
Мне за  всё  прощения  просить.
Я пойму, что прерван мой полёт,
Жил не так, как надо было жить!

Офицер за роялем…

Полный зал,тишина, офицер за  роялем,
На груди ордена, за заслуги медали.
Сколько боли во взгляде и голосе силы,
Он поёт о СПЕЦНАЗе – он поёт о РОССИИ…
О бесстрашных героях, тех что пали в бою,
Кто за счастье детей – жизнь отдали свою.
Офицер из СПЕЦНАЗА – пел о мирной весне!
Журавлях в синем небе и о страшной войне…

Кто врагу не продался, предпочёл умереть…
Пел о тех, кто остался, чтобы песню допеть…
О погибших друзьях, не надевших наград,
Не увидевших близких и победный парад.
Перед кем мы с тобою в неоплатном долгу!…
Кто на страже всегда и в жару и в пургу.
Пел о юных парнях, что на смену пришли,
Зову сердца верны, каждой пяди земли.

Офицеры спецназа – не уходят в запас
Они вечно в строю, выполняя  приказ,
Выше жизни ценилась офицерская честь…
Имена всех героев в книге памяти есть…
За роялем полковник, ордена и седИны….
Он поёт о РОССИИ – родной  неделимой!
Полный зал,тишина – Офицер за  роялем ,
На груди ордена, за заслуги медали…

Павшим и живым…

“Закрылась дверь”, ушёл из жизни ДРУГ,
Не попрощавшись, он не взял  с собой.
А я ЕГО земной продолжил  ” круг”,
В трескучие морозы,  нестерпимый зной.

Дубовый крест и холмик над могилой,
Ты из последних сил хотел спасти меня.
Тащил, крича:  “О, Господи , помилуй!”
И никого при этом не кляня…

Твоя лишь тень мелькнёт по небосводу,
Прошедшей жизни замыкая  “круг”.
С улыбкою  ушёл и там обрёл свободу,
Под завыванье мин и пулемёта стук.

В поступках и делах был на порядок выше,
И вот  с небес, ты смотришь на людей.
Ты мне тогда сказал: “тебя ещё увижу,
Ведь для меня теперь – нет запертых дверей”…

Как много нас таких, что маяться на свете,
Кого оставил ДРУГ, уйдя из жизни прочь,
Их души неприкаянные бродят по планете,
Садятся в уголке, когда приходит ночь.

Мы встретимся с тобой теперь уже не скоро,
Берёг меня, как мог, чего теперь уж врать…
Прости, что обижал, забудем эти ссоры,
Я знаю, что у ” двЕри” меня ты будешь ждать…

Свечу в стакан поставлю и положу погоны,
А люди вдоль оградки проходят стороной.
Ты смотришь улыбаясь, как будто бы с иконы,
Мой ангел и хранитель, всегда ТЫ за спиной…

Уронит слёзы дождь на чёрную ограду,
Скорбя опять по павшим, а может по живым.
Лишь в памяти своей я нахожу отраду,
Мы курим на привале, пуская едкий дым…

Не чокаясь…

Жизненный путь состоит из разбитых дорог,
Тех, что  за “счастьем” уводят в далёкую даль.
Редко кому – то в пути попадётся пророк,
Тянем в “котомке” всю жизнь за собою печаль.
Счастье даётся тому, кто стремится и ждёт,
С каждой минутой оно по шажочку всё ближе.
Хоть наша жизнь из ухабов и в темечко  бьёт,
Часто на нервах дождём барабанит  по крыше…

Начал недавно смотреть я без выстрелов сны,
Снова луга и поля мне объятья открыли.
За десять  лет я немного отвык от  войны,
Воздух упругий во сне расправляет мне крылья.
Я для себя открываю загадочный мир,
Стала милей и родней глухомань, чем столица.
Мягким теплом согревает меня кашемир,
Только пробитая снайпером ноет ключица.

Вновь по привычке в кулак на балконе курю,
Стал забывать, когда сны по тревоге будили.
Богу за это спасибо всегда  говорю,
Что небеса неземную любовь подарили.
Нет больше затхлого запаха съёмных квартир,
Радует глаз белизна, чистота и порядок.
Не разорвут больше мне позывные эфир,
В жизни гражданской немного другой распорядок.

Ну, а для тех, кто уже не вернётся с войны,
В памяти место своей я конечно оставлю.
Будут всегда молодыми мои пацаны,
Как ни хотелось, но этого я не исправлю.
Снимем береты, не чокаясь выпьем за них,
Тридцатилетних, седых, молодых офицеров.
Милых, застенчивых, храбрых, до боли родных,
Кто до конца воевал и  не делал  карьеры…

Неотправленное письмо…

Здравствуй дорогой,милый мой,хороший!
Задержалась  в  церкви,  ставила   свечу.
Вижу образ  твой,  ты   опять   заросший,
С одиночеством  своим  я   опять   молчу.

Заезжали   парни,     привезли    записку:
Всё в порядке девочки,  скоро  прилечу.
А в конце черкнул ты для меня приписку
Вновь тепло любимых губ  ощутить  хочу.

Дочка под  подушку  прячет  фотографию,
Говорит, что скоро в  двери  постучишь.
Вновь разлука правит  нашу   биографию,
Ты ведь не напишешь, снова  промолчишь.

Я прошу у Господа, чтобы дал вам силы,
Путеводная звезда, пусть ведёт  домой.
Чтобы  не  ложились  розы  на  могилы,
Не кружился ворон вновь  над  головой.

Пусть твой ангел вечно будет за спиною.
Не покинет даже в  самый  трудный  час.
От огня крылом своим скроет как стеною
И судьба не разлучила  никогда  бы  нас…

Падают   снежинки,  за  окошком  осень,
Выходные праздники,  снова  без   тебя.
Страшно  стало  что-то,  одиноко очень,
Только ты с дочуркой – это  жизнь  моя.

Вновь открою  ящик, где  хранятся письма.
Рядышком   с   другими    нежно   положу.
Снег накроет землю, облетят  все  листья,
И прочтёшь всё то, что в слух я не скажу.

Ты приедешь поздно,  постучишь  тихонько,
Как всегда заросший, как  всегда  родной.
И прильнёшь  щекою  ты ко  мне  легонько,
А  из сердца  вырвется  – ГОСПОДИ,  ЖИВОЙ !

Шёл месяц МАЙ…

Десятки лет от той войны кровавой,
Погибших всех, во век не придавай!
К надгробью положи цветок свой алый,
Кто там остался, никогда не забывай!

В тот ясный день заплакал дождь весенний,
О тех, кто в ту далёкую войну
Пал смертью храбрых на полях сражений,
Всё выдержал и отстоял СТРАНУ!

В боях на Запад двигались солдаты.
И сколько зим, и сколько долгих лет…
Но водрузив свой стяг над супостатом,
Победу огласили на весь свет.

Смеялись, плакали в далеком сорок пятом,
Такой прекрасной солнечной весной
И старики, и поседевшие ребята
С святой победой уходившие домой.

Тем ярким утром, тихим, белоснежным
Вдруг расцвели поля, луга, сады.
Спокойным было всё и очень нежным ,
Как будто не было ни горя, ни беды.

Но плакали сады, слегка склоняясь
Ветвями тихо к стоптанной траве,
И терпко пахло порохом от яблонь –
Былым напоминаньем о войне.

Шёл месяц май, была весна в разгаре,
Жизнь шла вперёд, вновь начиная день…
Цвела земля, уставши от пожаров,
И пробивалась за погостами сирень.

Не все живыми ВЫ дошли на Запад,
О, сколько душ вернулось на Восток.
Солдаты, РУССКИЕ, любимые солдаты,
Своею доблестью ВЫ дали всем урок!

Десятки лет нас с вами разделяют,
Но в памяти ты их не предавай!
Налив, не чокаясь, героев поминают,
Погибших, никогда не забывай!

Чужбина…

Между   нами   февраль,   моя  грусть  и   дорога,
А  в   России    морозы   и    метель     по    полям.
Вспоминая о прошлом, сердце жалобно дрогнет,
Снова     рвётся     на       части      оно     пополам.
Нет  родимой  земли,  солнце,  скалы    и    ветер,
Во   дворах на верёвках , лишь  цветное  тряпье.
Я    остался    один,    я    один   в     белом   свете,
Бродят   прошлого      тени     на      сердце  моём.

Лучше   б   светом  своим  ВЫ  меня  не  манили,
По   ночам     бы       не      звали     назад     берега.
Где кружится, как  прежде, снежок  над  Россией,
И   сугробы    в    полях ,     где    чернеют    стога.

Я храню   ваши    письма, для  меня   вы  богиня,
Как    же     мне    они   дороги,   сердцу     милы.
Будет  вечно   со   мною   Ваше   светлое   ИМЯ,
Как  цветок  сохраню  его,   среди   лютой  зимы.
Не  найти  мне  в  России   ни   угла,   ни   приюта,
Кровью   залито    всё    здесь  –  луга     и     поля.
Расставание     наше   –    это     только      минута,
Провожали         Отчизны          меня          тополя.

Лучше   б   светом  своим  ВЫ  меня  не  манили,
По   ночам     бы       не      звали     назад     берега.
Где кружится, как  прежде, снежок  над  Россией,
И   сугробы    в    полях ,     где    чернеют    стога.

За   собой    на   чужбине   захлопнул    я   дверцу,
Аккуратно     погоны       в     шкатулку     сложил.
Вы     поверьте,    сударыня,    верному     сердцу,
Только  Вас  и   Россию  больше   жизни   любил.
По  этапу   в   СИБИРЬ,    больше   нет  адресата…
Всё исчезло,  что  было,  словно  слёзы в  песок.
Ах,   родная    Отчизна,  разве    ж   ты    виновата,
Что    пустил    офицер      себе    пулю  в  висок?!

Лучше   б   светом  своим  ВЫ  меня  не  манили,
По   ночам     бы       не      звали     назад     берега.
Где кружится, как  прежде, снежок  над  Россией,
И   сугробы    в    полях ,     где    чернеют    стога.

Белые берёзы…

Закрывает землю позолоты глянец,
Наливая горькую,вспомним всех друзей.
Чёрное ущелье, на снегу багрянец
И погосты Русские – мёртвый сад камней.

На ветру застыли белые берёзы,
Затихает в небе песня журавлей.
В паутинках веток виснут капли-слёзы,
Для меня на свете нет тебя родней…

Обелиски славы золотом искрятся,
Ровными рядами имена бойцов.
Нет здесь церемоний,люди не толпятся,
Только ветер памяти снова жжёт лицо.

Промолчим сколь выпито горя и страданий,
Скольких журавли в тиши к дому унесли.
Души непорочные,полные скитаний.
Улетали в вечность с краешка земли…

За тебя родная воевали честно,
Долг перед ОТЧИЗНОЙ выполнив сполна.
На земле костлявая отвела нам место,
В позолоте плещется рыжая луна…

На ветру застыли белые берёзы,
Затихает в небе песня журавлей.
В паутинках веток виснут капли-слёзы,
Для меня РОССИЯ нет тебя родней…

Ладога…

Говорят, что в машине не страшно
Всю войну просидеть за рулём.
Пехотинец, водитель — не важно,
День за днём – ты всегда под огнём.
Ночь, мороз, где-то вздыбилась льдина,
Всю дорогу открытая  дверь.
Чтобы выскочить мог из кабины,
Это вовсе не шутка, поверь!

Фары светят в ночи  бесполезно,
Полынью ищет пристально взгляд.
Друг за другом крадётесь вы в «бездну»,
За спиною у вас Ленинград.
Каждый день вы по Ладоге ночью
В жуткий холод, мороз и пургу.
Окрылённые страхом и злостью,
Одолев сотни раз «не могу».

Сколько раз, весь от холода синий,
У полуторки рвал «передок» …
Хоронил себя в снежной пустыне,
Проглотив в горле горький комок.
Верил в то, что не бросят, помогут,
Кто-то вытащит с лёгкой руки.
Знал прекрасно, что ждёт тебя город,
Им не выжить без этой  муки.

Сколько вывез ты душ под брезентом,
Сколько спас стариков и детей?!
Их тогда приютили в Ташкенте,
Сотни, сотни спасённых людей.
Вновь распустится город  весною,
Жаль, не можешь вернуться назад.
Знай, что внучка гордится тобою,
БЛАГОДАРЕН тебе Ленинград!

В Бессмертном строю…

В мареве сиреневом погосты,
Ждут герои дорогих гостей.
Чтоб с родными пообщаться просто,
Каждый ждёт тут внуков и детей.
Здравствуй, дед, спасибо за победу!
Твой портрет пронёс, как обещал.
Я к тебе  ещё не раз приеду,
Знаю, что меня ты вспоминал…

Гордо шёл  по площади ты Красной.
Как же долго этого ты ждал.
Верил, что наступит миг прекрасный,
Каждый день об этом ты мечтал.
Ты в строю, медали боевые,
Ордена рубинами горят.
Молодые, дерзкие, лихие,
Вышли вы на праздничный парад.

По уставу форма вся одета,
Через год пойдём на юбилей.
Так  что твоя песня не допета,
Мы не раз ещё пройдёмся с ней.
Столько лет в траншеях и окопах,
Каждый день со смертью за спиной.
Бил ты нечисть, чтоб не стать холопом,
Ожидая новый, смертный бой.

Когда слышу песню  “День Победы”,
Слёзы сами льются по щекам.
Как смогли, как отстояли деды
Стяг Победы, что вручили нам…
Честь и слава Русскому солдату!
Подвиг ваш останется в веках!
Правнуки запомнят эту дату,
Пронесут с любовью на руках…

Ханкала

Упала в церкви мать под ОБРАЗА,
Осталась боль в душе её сожжённой…
Смотрели вдовы молча всем в глаза,
Как прежде свечи зажигали жёны.
Пришла беда, которую не ждали,
Явилась к нам  холодную зимой.
И уезжали пацаны в чужие дали.
На юг, в Чечню, гонимые войной.
Перемешались вместе кровь с золою,
Здесь гибнут парни не видавшие войны.
В чужом краю, в боях под Ханкалою,
Им не увидеть будущей весны.

Хлебнули все здесь ярости безликой,
Испепеляющей тела до тла…
В руинах чёрная, покрыта дымкой,
На нас в слезах смотрела  Ханкала
Здесь кровь и боль опять рекою хлещет,
Нас в переулках не спасает бронь…
ЖИЗНЬ, перед смертью вовсе не трепещет,
Вновь вызываем на себя  огонь.
Нам время больше не вернуть назад,
В живых бойцов осталось только восемь.
На землю падал “жизней листопад”,
Была  последней золотая осень.

В разгаре бой и режет слух приказ:
Держаться парни, все уйдём с рассветом.
Гранаты из разгрузки, весь запас,
Знать не увидеть солнца больше летом.
Возможно СМЕРТЬ здесь высшая награда ?!
Друзья остались далеко в горах.
Но нам поверь, не так уж многого  надо –
С молитвой умираем на устах…
Без нас луна взойдёт -“хозяйкой робкой”,
Прекрасной ночью, пахнущей весной.
В сияньи звёзд ей будет  одиноко,
Над новой и красивой Ханкалой…

Спасибо деду за победу!

Много лет со мною нету деда,
Но я помню блеск лукавых глаз.
Как мне дороги рассказы и беседы,
Он давал советы в трудный час…
Я девятого, на майские, приеду,
До земли там поклонюсь ему.
За великую, поистине, Победу,
За покой, за мирную Страну!
От Москвы прошёл ты – до Берлина,
Каждый день  на линии  огня.
Если б снайпер, иль шальная мина,
В этом мире не было б меня…
Столько лет в обнимку с автоматом,
Каждый день в окопах и в боях.
И тогда, в далёком сорок пятом,
Ты весной с друзьями брал Рейхстаг.
Помню с детства все твои рассказы,
Как жесток был, беспощаден враг.
Но с боями,  в день второго мая,
Над Берлином развевался  стяг!
Орден Славы на гвардейской ленте
Вручен был тебе  в конце войны.
Замерли друзья  на постаменте,
Но без них бы  не было б  весны…
В этот день  на площади с рассветом
Души павших смотрят в небесах.
Где идут в полку они бессмертном
Со слезами счастья на глазах.
Ты в строю, ты вечно будешь с нами,
По Стране «Бессмертный полк» идёт!
Не померкнет подвиг твой с годами,
Он в сердцах у правнуков живёт.
Мой поклон.  Спасибо за Победу!
За меня, за нас, за тишину.
Я ж тебе сказал, что я приеду,
Вместе встретим новую весну!

Забытый орден…

Поворот до старого погоста,
На машине пять минут езды.
Здесь всё скромно и довольно просто,
Лишь полынь бушует без воды…
Здравствуй дед! К тебе я вновь приехал,
Ты опять пришёл ко мне во сне,
Без часов мол тяжко.Вот, потеха!
Ордена твои лежат в столе.

Я привёз часы тебе “Победа”
И давно забытую медаль.
Посидим с тобой мы до обеда,
Что тут ехать?Не такая даль.
Посмотри, как  дачу обновили,
Есть теплица, новенький сарай.
Окна пластик, крышу перекрыли,
Маленький оазис, просто рай.

Знаю часто сад свой навещаешь,
Как при жизни вёдрами гремишь.
Ночью веткой по стеклу пугаешь,
На скамейке по утрам сидишь.
Грушки будут, яблочки поспеют,
Урожаю, как ребёнок рад.
Помидоры скоро за алеют,
Вновь блокадный вспомнил Ленинград…

Вспомнил Шурочку, любимую девчонку,
Под соломой хату, керогаз,
В город переезд, плиту, колонку,
Где вода была и вольный газ.
Маленький за городом участок,
Первый саженец, сколоченный сарай.
Там с ночёвкой оставаясь часто,
В три погибели тянули урожай.

“Синих” кур  авоськами тащили,
Холодец из лапок и голов.
Выжили и дальше жили, жили,
Не было изысканных столов.
А, ты помнишь первую машину?
В ней на дачу ездил, как “король”.
Вновь и вновь я вижу ту картину,
Радость, гордость, а на сердце боль.

Но война бесследно не проходит,
Эхо тихо  постучало в дверь.
Солнце всходит и опять заходит,
К сожаленью, без тебя теперь.
Всё, пора, я не хотел обидеть,
Что просил, я передал тебе.
Вновь приеду, чтоб тебя увидеть,
Знаю точно, ты приснишься мне.

Посигналив, скорость набираем,
Снял с души я обещянья груз.
Видишь дед,  тебя не забываем,
Очень скоро я к тебе вернусь.
Поворот со старого погоста,
На машине пять минут езды.
Тут всё скромно и довольно просто,
Лишь полынь бушует без воды…

Ветераны – солдаты…

Время быстро летит, годы – ближе к закату,
Жизнь бросает ещё  от «щедрот» седины.
Пополняют ряды   Ветераны – солдаты,
В этой жизни они  никому не нужны…..
Сколько душ покалеченных, всеми забытых,
Возвратилось домой, ни кола, ни двора..
Сколько судеб несчастных, войною убитых,
Всё оставив сегодня, ушли «во вчера»…

Кто-то сверху решил, если жив, значит, квиты.
Много тех, у кого  два сквозных пулевых.
Голова набекрень, ноги все перебиты,
Смерть «крутила рулетку»  одну на двоих…
До последней минуты в спасенье не верил,
Кто протезом скрипит, вызывая позор.
Сколько раз за войну он свой броник примерил,
Нет друзей, тишина, вот и весь разговор…

Разве можно стыдиться им тех поколений,
Что гуляли по барам, не зная войны?
Сколько в мире людей, столько будет и мнений,
Только ваши слова  им совсем не нужны!
Будут снова держаться в бою до рассвета,
Выполняя приказ: Вход в ущелье закрыть!
Провожая при этом двадцатое лето,
Улыбнувшись восходу, неуспев докурить….

Люди БЕЗ ЛИЦ..
Мы вернулись c задания живыми не все
И больная от ран тихо плачет душа.
Снова память рисует нам в полной красе,
Смотрим в прошлое мы не дыша.
Через АД не возможно пройти без потерь
И не смог БРАТ вернуться из боя.
Жить, как “ВСЕ”, ты уже не сумеешь, поверь,
Понимая:на всё Божья воля…

В камуфляже и масках, мы люди без лиц,
Знать по жизни нести этот КРЕСТ.
Наша жизнь, это бой,свет кровавых зарниц,
Вновь оставили жён и невест…

Мы спасаем, хоть нам говорят не спасти,
Ночь как пежде и ждём мы приказа.
Груз потерь нам по жизни с тобою нести,
На работе бойцы из СПЕЦНАЗА!
Мы играем в “орлянку”  своею судьбой,
Отдаём честно долг мы Отчизне.
Вновь выводим людей, прикрывая собой
Как бывало, ценой своей жизни.

Мы с тобою в строю и мы снова в бою,
Горы спят, ждём, как прежде приказа.
За страданья и боль, может примут в РАЮ,
Всех погибших бойцов из СПЕЦНАЗА?!
И как выстрел получен короткий приказ,
Утро хмурое, солнца не жди.
И конечно вернётся с победой СПЕЦНАЗ,
Слёзы льют проливные дожди…

Беркуту – посвящается…

Лица в копоти размытой, «карнавальный» макияж.
На шевроне гордый Беркут, в пятнах крови камуфляж.
За спиной остался Киев и покрышек чёрный дым,
Ощетинясь калашами, прорывался Пазик в Крым…
Если б всё  начать сначала и развеяться от снов,
Не стояли б пред глазами лица павших пацанов.
Мы бы в первый день сменили все «резинки на штыки»!
Собирали б на коленях там  Бандеровцы клыки.
Но стояли, как спартанцы, все выдерживая строй,
Вновь предавшего «Иуду» от толпы закрыв собой.
Захотелось всем свободы? Вам Европа по нутру!
Нас  сжигали, мы горели- словно факел на ветру…
Либералы, демократы набивали свой  карман,
День за днём чернел от дыма полыхающий Майдан.
Звёзды резали на спинах, отрубали кисти рук,
Дурью был народ обдолбан, всем сносило крышу вдруг.
Нас давили тракторами, в ход шли вилы и топор,
Со стеклянными глазами убивали нас в упор.
Отделял толпу от «счастья» малочисленный отряд,
Предлагали миром сдаться, иль посмертно «наградят»…
День и ночь скакало быдло с барабаном у костров,
Пили водку, жрали сало у раскинутых шатров.
Москаляку на гиляку – нам кричали каждый день,
Выползали «бандерлоги» из соседних деревень.
На Грушевского собрался Украины пьяный сброд,
Голодранцы, мародёры представляли весь народ.
Молодые недоумки  рвались  в «голубой» ЕС,
Маршируя с факелами  и эмблемами СС.
Позабыв про честь и совесть, позабыв отца и мать,
За печеники с ладошки поклялись всех  убивать.
Им теперь совсем не важно, кто там, женщина, старик,
Всех калечат без разбора под нацистский громкий крик.
Бесновались и глумились, поджигали дом чужой,
И вопили, рвали глотки, что Бандера наш – герой!
Вся толпа скакала дружно не поняв своей судьбы,
Что теперь они холопы, все они теперь рабы…
Новый «царь» считал купюры,  набивая свой карман,
И горел, словно подбитый, исковерканный Майдан.
Что хотели, вы добились, залив кровью всю страну,
Словно пушечное мясо, едут парни на войну.
Жадным, глупым и безмозглым преподносит жизнь урок,
Выбирай всегда прямую из извилистых дорог.
Вы – проблема для  Европы, вы – балласт для них теперь.
На все просьбы о кредитах, выставляют вас за дверь.
Проклинать я вас не стану и учить – желанья нет,
Пусть вам улыбнётся счастье и в окне забрезжит свет.
За спиной остался Киев и покрышек чёрный дым.
Соль, стакан, краюха хлеба… Слава вечно молодым!

Поднимем бокалы…

Братство храним мы с тобой боевое,
Пройдены тропы АФГАНА , КАВКАЗА.
Снова в строю мы и нет нам покоя,
Мы служим России мы дети СПЕЦНАЗА!
Как прежде растяжки,фугас на дороге,
Взрывы слышны и огонь не угас.
Люди в отчаянии просят подмоги,
Вновь по тревоге поднят СПЕЦНАЗ!

Давайте же встанем,как прежде друзья,
Поднимем бокалы, как было не раз.
Ведь нам их забыть с тобой просто нельзя,
Родную разведку,десант и спецназ…

Расплата наступит за все преступления,
Группа не слышно уходит в ночи.
Просим у Господа вновь искупления,
Вся наша жизнь словно пламя свечи…
Мы выполняем мужскую работу,
Крестим врагов через оптику точно.
Каждый ответит сегодня по счёту,
Свой приговор получил он заочно.

Не для красы мы надели погоны,
Горы проснувшись стряхнули туман.
У нашей жизни другие законы,
Смерть ходит с нами всегда по пятам.
Ты своим сердцем принял присягу,
Прошлых и бывших у нас просто нет.
Верность храним мы Российскому стягу
И в одну сторону куплен билет…

Строй покидаем мы только лишь раз,
Нас молчаливо друзья поминают.
Солнца не видно и свет вдруг погас,
Матери вновь сыновей проважают…
Стынут гвоздики на мраморе чёрном,
Дарит ВАМ свет золотая звезда.
Жизнь оборвалась и больше не больно,
В списках героев ВЫ НАВСЕГДА !

Я горжусь!

Офицеры России с «петровских» времён –
Символ храбрости, чести и веры.
Непреступный создали страны бастион,
Есть в истории сотни примеров.
Словно знамя полка офицерская честь,
С ней рождались и с ней умирали.
Ратных подвигов в жизни порою не счесть,
Внукам славу свою завещали.

Офицеры России – вы гордость страны,
Ордена на груди — кавалеры!
Вы единожды данной присяге верны,
Не чета всем штабным лицемерам!
Поднимали полки вы «За Родину-мать»,
На дуэли шли гордо к барьеру.
Никому не позволили честь замарать,
За царя умирали и веру.

Офицеры России – вы сила и мощь,
Днём и ночью на страже Державы.
В лютый холод и зной, прилетите помочь,
Вот история воинской славы!
Как и прежде вы первые в смертном бою,
Свою жизнь отдадите за друга.
Пронесли Стяг Победы в парадном строю,
В этом ваша большая заслуга.

Выше жизни была, офицерская честь,
Вместе с ней вы идёте по жизни.
Имена всех героев в истории есть.
Что погибли во славу Отчизны!
Берегут сыновья теперь нашу страну,
Мы живым для них стали примером.
Я спокоен за новую в мире весну,
И горжусь тем, что стал офицером!

Помолись

Помолись за меня родная
И за здравие поставь свечу.
Пролетела,чтоб пуля шальная,
Я обнять тебя с дочкой хочу…

Эти месяцы нашей разлуки,
Спрессовала нам жизнь в года.
Подарю тебе счастье за муки
И от вас не уйду никогда.

Пусть лампада горит у иконы,
Освещая божественный лик.
И звучат пусть заутренней звоны,
Ты потухнуть не дай ей на миг!

Помолитесь за нас родные,
Чтобы все мы вернулись домой.
Вновь заросшие,но живые
И услышали:Господи – мой…

Пусть кружится метель шальная,
Перевалы вновь снегом накрыв.
Всё пройдёт,лишь душа больная
Кровоточит в жару застыв.

Попросите за нас прощения,
На коленях у алтаря.
Чтобы Господь нам дал отпущения,
Ангел смерти не мучил зря.

Мы увидимся скоро родные
И на праздники будем втроём.
То,что волосы стали седые,
Просто их опалило огнём.

Приберу свои берцы подальше,
Форма спрячется в шкаф на век.
Будет всё хорошо,как раньше,
Мой закончен жестокий бег…

Я открою ящик для писем,
Очень нежно их стану читать.
На пол падают словно листья,
Будем новую книгу писать…

Вечно молодые…

Расплескала осень свои краски,
Собрала деревья в хоровод.
Вновь на карнавале этом “МАСКИ”,
Не понять – закат или восход…

Остриё осколка режет крону,
Листья алой кровью на траве.
Испугавшись ива жмётся к клёну,
В жуткой предрассветной синеве.

Дай Господь на час ещё отсрочку,
Им не продержаться без меня.
А потом на всём поставим точку,
Подведя итог былого дня…

Кровь и пот смешались воедино,
Новый выстрел и опять в “мишень”.
Наша жизнь – она как поединок,
И дуэль на каждый будний день.

Две гранаты скрылись за скалою,
Эхо взрыва и протяжный вой.
Сизый дым плывёт над головою,
Дав нам передышку и покой.

Что-то рация в агонии бормочет,
Из разгрузки новый магазин.
Скалы то смеются, то хохочут.
Знать сынишка подрастёт один…

Трассер по кустам играет в прятки,
Запятнал и ты уж не жилец!
У Всевышнего свой “план и разнарядки”,
От того видать изводим мы свинец.

Лопасти винтов вспороли воздух,
Белый шлейф от пущенных ракет.
Как небесного прощенья отзвук,
Нам спасение пришло за столько лет…

От утюжили вертушки всё в квадрате,
Всполохи огня и чёрный дым…
Забирая чью-то жизнь к оплате,
Оставляя вечно молодым!

На столе стакан, краюшка хлеба,
Молча смотрим – просто в никуда.
Ты мне дал свою частичку неба,
Чтоб в мой дом не забрела беда.

Я благодарю тебя О БОЖЕ,
За тот час дарованный тобой.
Задержусь я на мгновенье всё же,
Не покинь и будь всегда со мной…

Расплескала осень свои краски,
Листья алой кровью окропив.
Вновь на “карнавал” наденем маски,
В сердце боль и верность сохранив…

Глоток за упокой…

Чутьём своим звериным знаю точно,
Что будет завтра – снег или гроза.
Мы воевали в  жизни не заочно,
Друзей  не оставляли никогда.
Когда-нибудь мир станет чище, лучше,
А нынче друг  «доспехи» достаёт…
И моё сердце бьётся тише, глуше,
Из пламенного, превращаясь в лёд.

Противный дым дешёвых сигарет,
Понурый взгляд, потухшие глаза.
Как выстрел – отрицательный ответ.
Вместо привычного и радостного “да”.
Встречает группу боязливо снег,
Но на ладони у бойца не тает…
Звездой, недосягаемой  для всех,
Его душа нам с высоты сверкает.

Короткий  выдох, молча без воды,
В стакане спирт, глоток за «упокой»…
Назад вернуть всё – это лишь мечты!
Идёт война, где только кровь и боль…
Сидят в курилке все до поздней ночи,
Отрывки боя слишком  кротки.
На жизнь одну путь  стал ещё короче,
Здесь смерть играет с нами в поддавки…

В горах красиво , если не стреляют…
Так хочется, чтоб не было войны.
Но, к сожаленью, в «цинках» улетают
Отчизны нашей верные сыны.
Начертан путь пока нам неизвестный,
Пройти его сумеем, или как?!
Служить мы будем преданно и честно,
Пока не погребён последний враг!

Будем жить…

Как бы лучше вам всё объяснить? !
Может быть вы меня не поймёте…
Мы служили, дружили, умели любить ,
Друга преданней вряд ли найдёте.
Мы, как «баловни» были капризной судьбы,
В бездну шли, но не все возвращались.
Закрывали гражданских во время стрельбы…
Этой «вольности» нам не прощали,

Понимает меня, кто хоть раз побывал…
Здесь сдавали экзамены в «Вузы».
Снайпер шансы в горах наши все уровнял,
Породнили нас « кровные» узы.
Я не знаю зачем, нужно ль всё это вам?
Пот солёный с запёкшейся кровью…
Боль утраты и слёзы ручьём по щекам,
Тусклый свет от свечи в изголовье.

Седина на висках, боль утраты в душе,
Будем жить с этим, помнить и верить.
То, что хватит нам сил и патрон в КАЛАШе,
Что не зря были наши потери.
Не вернуть, кто остался за чёрной рекой,
С грузом двести взлетают “тюльпаны”…
И бойцов отправляют на вечный покой.
Вновь болят не зажившие раны.

По приказу уходим опять в никуда,
На щите или с ним, НО вернёмся.
Остаёмся в душе мы родных навсегда
И с небес им не раз улыбнёмся.
Те, кто в высь улетел остаются в строю,
Ждут, как прежде на службе приказа.
За страданья и боль, принимают в РАЮ,
Всех погибших бойцов из СПЕЦНАЗА!

Офицерские жёны…

Звонок, приказ, как вата, тишина…
Мелодия дождя. В дорогу нет погоды.
Ты остаёшься, как всегда, одна,
Тебе не привыкать уже за эти годы…
Я снова средь величественных гор
И грешников, при жизни не прощённых.
Под звёздами – гитарный  перебор,
Среди вершин, никем не покорённых.

Я раньше был не выносимо глуп,
Из эСВДэшки отбивая такты.
Огонь пройдя и километры труб,
Теперь я верю только голым фактам…
И с высоты уже прожИтых лет
Осознаёшь, что в жизни ты – везучий!
Что ангел охранял от многих бед,
Не дав услышать голосок скрипучий.

Меня не раз тащили  на погост,
Чтобы отпеть средь жертв безликой смерти.
Я «воскресал», мы поднимали тост
О нашем долге, верности и чести…
Мой голос стал простужено больной,
Среди прекрасных гор, забытых Богом.
А я совсем недавно был другой,
В своей машине и костюме строгом.

Вновь прикрываем плачущих детей,
В витринах битых вижу отраженья.
Ты снова кормишь диких голубей…
И в храме ставишь свечи во спасенье.
Приеду ночью , обниму тебя,
Скажу : Прости, малёха задержался!
В окно стучится дождь из октября,
Как я к тебе за эти годы привязался…

Дожди на звёзды…

Служить в спецназе — это адский труд ,
Здесь не всегда вручают ордена…
Сюда по зову сердца лишь идут,
Откроешь дверь, а там уже война….
Нас на «гражданке» ставят всем в пример,
Но сыновей сюда не отпускают.
В берете краповом России офицер,
Элитой армии порою величают.

Пусть не пугает наш суровый взгляд,
Не приходилось нам сидеть на троне…
Как прежде парни в темноту летят,
Где жизнь и смерть, порой в одном патроне.
Бесценна жизнь совсем чужих людей ,
И здесь как раз то опыт наш и нужен.
Собой закрыв выносим мы детей,
Забыв о том, что ранен и контужен…

Здесь только смелый страх свой победит,
Опять войдёт в одну и ту же дверь…
И словно мышь беззвучно пролетит.
Не каждый сможет, ты уж мне поверь!
Порой отваги в нас хоть отбавляй,
А «доброта» зашкаливает даже …
В Аду мы были, значит прямо в Рай ?!
Хотя я думаю, не так уж это важно…

Не нужен китель с барского плеча ,
Берет надену, тот, что мной заслужен!
Стакан, краюшка хлеба, да свеча,
За тех с кем ты на век остался дружен.
Как жаль, что многих срезала война,
Дожди на звёзды снова слёзы льют.
Героев помня вечно имена,
Не чокаясь за вас братишки пьют…

Не зли медведя…

Был месяц май, цвели сады,
Земля во всю теплом дышала.
Победа! Больше нет войны!
Вот только смерь о ней не знала…
Как не хотелось умирать,
Легко представить это можно.
С мечтой все годы воевать,
Расстаться с жизнью слишком сложно…

Нет похоронки, ты  живой,
Страна ликует от  победы.
Махнув стакан, лететь домой,
Но не закончились все беды…
Идут составы в дальний край,
В теплушках как то не до песен.
Кому то в Ад, а кто – то в Рай,
Итог во все века известен.

Здесь камикадзе бой ведут,
С победным кличем меч вонзают.
Не отступают, не бегут.
Лишь  фанатично умирают.
Бьёт артиллерия в горах,
Прицельно бьёт в бетонном доте.
Калибр такой, что танки в прах,
Броня, как перья на охоте.

Ползли, бежали,  шли вперёд,
Не отвлекаясь на потери.
Из батальона, только  взвод,
Добрался до «парадной двери».
Японцы сдались наконец,
Сложив холмы из карабинов.
Подписан акт, войне конец!
И мы уходим из Харбина.

Устал солдат от вечных войн,
В теплушках спали на шинелях.
Не слыша паравозный вой,
Берёзки снились им и ели.
Нас не подмял Наполеон,
Германия рога сломала.
А запад снова видит сон,
Где наконец Россия пала…

Поймите раз и НА всегда,
Не встанет русский на колени.
Лишь в двери постучит беда,
Винтовка, конь и ноги в стремя.
Пленить Россию  невозможно,
Любовь к ОТЧИЗНЕ не отнять!
Хоть русского убить и можно,
Он мёртвый будет  воевать…

В берлоге зверя не будите,
Он добрый только до поры.
Коль разозлили, ТО бегите,
До подвернувшейся  норы…
Кто воевал, кто пал в боях,
Потомки славу возродили!
Подняв портреты на руках,
Отцов и дедов проносили…

Смотри! Идёт бессмертный полк!
Кто сможет победить Россию?!
Теперь я верю, будет толк,
Нести добро – ЕЁ мессия!
И снова май, цветут сады,
Земля теплом, как прежде дышит.
Спасибо ВАМ, что нет войны!
Земной поклон, кто меня слышит…

У последней черты…

Мы как прежде стоим у последней черты
И вернуться не всем суждено.
На холмах вороньё, где чернеют кресты
Трассер пишет своё полотно.

Маски спрятали юные лица ребят,
Лишь глаза выдают эту боль.
На засаду в ущелье нарвался отряд,
На губах то-ли кровь , то-ли соль.

Из”подствольников”залпом по чёрной скале,
Крики “духов” , гортанная речь.
Как нам выжить братишка на этой земле
И своих пацанов мне сберечь?!

Связи нет два часа, лишь в эфире шумы
И надеемся только на чудо.
С диким воем любимцы бегут САТАНЫ,
За целковый нас продал Иуда…

-Одиночными бить, на исходе запас!
Каждый выстрел и пуля в”мишени”.
Исчезаем как тени в назначенный час,
Приумножив свои прегрешения.

Нас спасала с тобою “зелёнка”не раз
И сейчас нету запаха ближе.
Сердце раненым голубем бьётся подчас
И его всё отчётливей слышишь…

Перебежками скрылись, короткий привал,
Антишок, вновь бинты, перевязка.
За спиною остался у нас перевал,
Наливается кровью повязка…

Наши лица под масками скрыты всегда,
Вновь сверяем часы по приказу.
Загорается НОВАЯ в небе звезда,
Мы Российскому служим СПЕЦНАЗУ!

Мы как прежде с тобой у последней черты
И не всем суждено нам вернуться.
Между злом и добром мы стоим, как щиты
Не позволив в крови захлебнуться.

Страна?!

Медленно солнце уходит за горы,
Смотрит на всё Сатана…
Мы не полезем в не нужные споры,
Что же такое “СТРАНА”?.

Крадучись,хищно спускаясь с обрыва,
Щерится нюхая смрад.
Здесь в жерновах гибли без перерыва
Под”золотой листопад”.

Вот на опушке разорваны в клочья
Жизни трёх юных бойцов.
И у реки лишь дымятся лохмотья
Собраны с разных концов.

Взять на себя весь огонь батареи!
Верю я в правильность дел.
Или нам сдохнуть с петлёю на шее….
Раненый взводный хрипел.

“Град” накрывает квадрат,за квадратом,
Птицы уже не поют…
Буду теперь я тебе сводным братом,
Там где найдём мы “приют”.

Нам говорили,что мать-это Родина.
РОдиной будет нам МАТЬ!?
Жизнь оказалось не стоит и ордена,
Как же тогда её звать?

Мать не отправит детей в “мясорубку”,
Грудью закроет от бед.
Боль всю впитает в душевную губку,
Новый подарит рассвет.

В штабе проблемы,опять суматоха,
Как на верху доложить?
Вновь тишина,ни единого вздоха.
Правду нельзя говорить!!!

Сколько их было?Ну тех,что остались?
Ладно,забыли на век.
Нынче ребятам немного досталось…
Тридцать спиши человек!

Что там разведка?Опять замолчала…
Сколько накрыли огнём?
Это не сводка,давай всё с начала.
Быстренько водки нальём!!!

Шарится ДЪЯВОЛ копаясь в останках,
В поле полно”свежины”
Здесь не отыщешь сегодня “подранка”.
Лишь “головешки” страны…

Снова на “плаху” идут наши дети
Музыка,деньги и тосты..
“Люди” у власти плетут свои сети,
Нам оставляя погосты…

Медленно солнце уходит за горы,
Сытый уснул САТАНА.
Что нам дебаты и лишние споры,
НАС -РАСТОПТАЛА “страна”!

Комбат…

Седой  полковник  на  аллее,
Опять смотрел куда-то в даль
Где был далёкий свет “в тоннеле”,
Куда   звала    его   печаль…
Прошёл свою дорогу жизни,
А эта вновь  зовёт  сюда.
Кружат воспоминаний мысли,
И жжёт огнём  его  звезда.
Рад снова видеть вас ребята,
Как вам живётся  без  войны?
Наверно скучно  без  комбата,
Ведь были мы во  всём  равны…

У ВАС теперь  другие  будни,
Нет свиста пуль над головой.
Звон колокольный  пополудни,
На   душу   снизошёл  покой….
Какие ж вы опять опять  смешные,
В парадной форме, просто класс!
Как прежде в  меру  озорные,
Болит всю жизнь душа за  вас…
Ну, что БОЕЦ, цветы  откуда?!
Смотрю “шалите по сто грамм”.
Стоял  он  в ожиданьи  чуда,
Блуждали   мысли  по  углам.

Все получили  свои  звёзды,
Кто на погоны, кто на грудь.
А   ВЫ  украсили   погосты,
Закончив триумфальный путь.
Горит  звезда  на   обелиске,
Гвоздики   стынут  на  ветру.
Теперь у Господа ВЫ в списке,
В боях за эту высоту…
Седой как лунь стоял полковник,
Далёкий   свет  звезды  манил.
ЗА ЧТО ВСЁ ЭТО, КТО  ВИНОВНИК???
Взор заблудился  средь  могил…

Витязи

Русский “ВИТЯЗЬ”, как всегда на страже,
Охраняет вечно твой покой.
Вновь поднимется, коль Родина прикажет,
От беды Вас заслонив собой.

Свою службу мы зовём работой
И гордимся ей, как никогда.
Вновь сверкают звёзды позолотой,
Но об этом пишут не всегда…

Честь и верность в деле доказали,
Дружбу нашу обожгла война.
Перед злом мы, как щиты стояли,
Что не все пришли, одна вина.

Краповый храним берет СПЕЦНАЗА,
Как частицу знамя своего.
Кто прошёл дорогами Кавказа,
Знаю не забудет ничего…

Маски вновь скрывают наши лица,
ВИТЯЗЬ снова ждёт на рубеже.
Лишь видны холодных глаз бойницы,
Не спокойно только на душе.

Мы, как призраки приходим ниоткуда,
И как тени пропадаем в ночь.
Где спасти лишь может только чудо,
Снова там, где некому помочь.

Мы поднимем тост за командира,
Выпьем за любимых и родных.
Кто не опозорив честь мундира,
Не остался на земле в живых.

Холод мрамора на чёрном обелиске,
Слёзы вновь гвоздики окропят…
Вечно молодые в этом списке
И молитвы их не воскресят.

ВИТЯЗИ Российские, как прежде,
Охраняют вечно Ваш покой.
Не позволив умереть надежде,
От беды ВАС заслонят собой….

Ночной звонок

Звонок – опять уходим в ночь…
Всю жизнь живём мы по приказу,
Спасаем там,где некому помочь,
Изжить “болезнь” и прочую заразу.

Задач для нас невыполнимых нет!
У нас другие ценности и цели.
Мы взяли в одну сторону “билет”,
И стяг Российский пронести сумели.

У нас нет яхт и денег на счетах,
И потому,нам нечего стесняться.
Друзей не предавали мы в сердцах
И в жизни этой некого бояться.

Своих всегда узнаем по глазам,
Здесь не нужны ни форма ни погоны.
Ответ нести свой будем небесам,
Для нас другие писаны “законы”.

Войска спецназ звучит всегда красиво,
Но в жизни нас учили не прощать.
Судьбе своей я говорю спасибо,
За то,что смог доверие оправдать.

Мир видим сквозь оптический прицел
И потому для нас он очень близкий.
Здесь важно,чтобы выстрелить успел,
И нам в раю уж не просить “прописки”.

Мне часто снятся лица пацанов
И по ночам во сне я снова каюсь.
Настало время выплаты долгов?!
А может быть я просто ошибаюсь.

Кому нужны развязанные войны??
Где умирать нас часто заставляли.
А может мы другой судьбы достойны,
Без крови,слёз,скитаний и печали.

Храним как знамя краповый берет,
Готовы с честью выполнить приказ.
Оберегай Господь ещё десятки лет
Своих бойцов подразделения СПЕЦНАЗ.

Ночной звонок – уходим в никуда,
Храня в душе лишь данную присягу.
Мы с нею вместе раз и навсегда
Приумножаем ДОБЛЕСТЬ и ОТВАГУ!!!

Случай в маршрутке…

Автобус мчался по маршруту,
Один в салоне пассажир.
Старик какой-то поднял руку,
Подъехать, видимо, просил.
Водитель придавил на тормоз
И деду двери распахнул.
При этом, ощущая гордость,
Что лишний метр не протянул.
Кряхтя, дедулька внутрь забрался
И, выбрав место, молча сел.
Пот – струйкой, видно, запыхался,
А может, просто приболел.
Кондуктор – будто бы с картины,
Что Рембрант некогда писал.
Из складок – просто серпантины,
Сразит любого наповал…
Увидев взгляд не дружелюбный,
Полез дедулька в свой карман.
День у него сложился трудный
И в голове сплошной туман.
Домой он ехал из больницы,
Инфаркт не вовремя скосил.
Ещё  болячек вереница,
Вот так по скорой угодил.
Ждут дочь и внучка возвращенья,
Зять через меяц прилетит.
Он улыбнулся на мгновенье,
Представил, как он в дверь  стучит.
Его спустил на «землю» голос,
Что прогремел, как майский гром:
“Плати быстрей, приедем скоро,
У нас бесплатно лишь в дурдом!”
Студент следил за этим действом,
И что-то тихо напевал.
Ему вдруг стало интересно,
Чем тут закончится скандал?!
Плащ на секунду распахнулся,
На пиджаке горит звезда.
Парнишка разом встрепенулся,
Увидев ниже  ордена…
Старик ну только что, не плакал,
Не мог понять, где кошелёк.
Со всех сторон он брюки лапал,
Смотрел за дедом паренёк…
Достав из портмоне  десятку,
Студент к кондуктору ушёл.
Оставив на сиденьи папку,
С билетом к деду подошёл.
Старик дрожащими руками
У паренька забрал билет.
И посиневшими губами
Шепнул: “Здоровья, долгих  лет!”
Билет держа в руке костлявой,
Старик на юношу смотрел.
Герой, каких осталось мало,
От счастья плакать захотел.
Не зря они в окопах гнили,
Не зря прожили долгий век.
Надежду внуки подарили,
Что БУДЕТ добрым человек!

Тепло важней, чем серебро…

Обычный двор, каких не мало,
Обыкновенный летний день.
На небе солнышко сияло,
Повсюду расцвела сирень.
Старик лежал у детской горки
И скрёб ногтями по земле.
Жильцы смотрели из-за шторки,
Как дед валяется в траве.
Спешили люди на работу,
Плелись студенты в институт.
Не в силах удержать зевоту,
Свой к знаньям продолжая путь.
А дед, как клещ, вцепился в землю,
Толкая сумку пред собой.
Словно развязывая петлю,
За жизнь боролся он с судьбой.
Девчушка в джинсах и футболке
Шла через дворик напрямик.
Путь сократив до остановки,
Тут на тропиночке старик…
От страха пальцы задрожали
И в  горле неприятный ком.
В глазах картинки заплясали,
Вдруг дядька тронулся умом?
А дед мычал и тыкал пальцем
На свой надорванный карман.
Привлечь внимание пытался,
-Достань, мол, это не обман.
Присев, дрожащими руками
Девчонка извлекла конверт.
Земли не чуя под ногами,
Прочла какой-то странный бред.
-Не бойтесь люди, он калека,
Всё слышит, но не говорит.
Прошу помочь вас человеку,
Ушёл из дома и чудит…
Звоните, ежели найдёте,
Не оставляйте одного.
Вы только место укажите,
Я тут же заберу его.
Один гудок и снята трубка,
-Спасибо, что его нашли.
Уже бегу, одна минутка,
Благодарю, что не ушли.
Хрущёвка, старенькая мебель,
Чай ароматный, пирожки.
Завёрнут дед в цветастом пледе,
Торчат лишь чёрные носки.
-Он был в плену довольно долго,
Фашисты вырвали язык.
Под сердцем ходит он с осколком,
К таким сюрпризам попривык.
Однажды дочка на аллее
Упала прямо на стекло.
Терять, кто ближе и роднее,
Поверь мне, очень тяжело.
С тех пор он ходит по площадкам,
Бутылок собирает бой.
Письмо вложила для порядка,
Найдёт вдруг человек какой.
Вдруг позвонят, да скажут место,
За ним я тут же прилечу.
Жаль, что у многих нету сердца,
Винить людей я не хочу.
Чтобы остаться человеком,
Нам нужно всем нести добро.
Не досаждать пустой опекой,
Тепло важней, чем серебро…

Шёл месяц МАЙ…

Десятки лет от той войны кровавой,
Погибших всех, во век не придавай!
К надгробью положи цветок свой алый,
Кто там остался, никогда не забывай!

В тот ясный день заплакал дождь весенний,
О тех, кто в ту далёкую войну
Пал смертью храбрых на полях сражений,
Всё выдержал и отстоял СТРАНУ!

В боях на Запад двигались солдаты.
И сколько зим, и сколько долгих лет…
Но водрузив свой стяг над супостатом,
Победу огласили на весь свет.

Смеялись, плакали в далеком сорок пятом,
Такой прекрасной солнечной весной
И старики, и поседевшие ребята
С святой победой уходившие домой.

Тем ярким утром, тихим, белоснежным
Вдруг расцвели поля, луга, сады.
Спокойным было всё и очень нежным ,
Как будто не было ни горя, ни беды.

Но плакали сады, слегка склоняясь
Ветвями тихо к стоптанной траве,
И терпко пахло порохом от яблонь –
Былым напоминаньем о войне.

Шёл месяц май, была весна в разгаре,
Жизнь шла вперёд, вновь начиная день…
Цвела земля, уставши от пожаров,
И пробивалась за погостами сирень.

Не все живыми ВЫ дошли на Запад,
О, сколько душ вернулось на Восток.
Солдаты, РУССКИЕ, любимые солдаты,
Своею доблестью ВЫ дали всем урок!

Десятки лет нас с вами разделяют,
Но в памяти ты их не предавай!
Налив, не чокаясь, героев поминают,
Погибших, никогда не забывай!

Лейтенант

Смертельно  мы  устали  от  войны,
Где нервы, как  натянутые струны.
Невыносимо жить с сознанием вины,
Когда мы молоды и сердцем юны…

Совсем недавно он пришёл в отряд,
Служить, где горные грохочут реки.
Красивый, бравый лейтенант,
Но ранили в бою его “абреки”…

Он воевал, спасая ВАШИ жизни,
На перекрёстках огненных дорог…
В последний час, не дав себя унизить,
В бандита плюнул окровавленный комок.

И на кресте распяли лейтенанта,
Глумились “чехи”, разрывая плоть.
А в зверствах им не занимать таланта,
Такую боль не в силах побороть…

Ходили важные вокруг креста бандиты,
Забыли, как скулили у скалы…
Где кровью Русской камни все политы,
Сейчас конечно, все они “орлы”!

Свою Присягу, как и Веру принимали,
Один лишь раз и до скончания дней.
И даже в мыслях мы её не предавали,
Ни кто не сможет сделать нам больней…

В селении глухом, почти забытом,
С молитвой, РУССКИЙ парень умирал.
В своей короткой жизни он с избытком,
БЕССТРАШИЕ и ДОБЛЕСТЬ доказал!

Все возвращайтесь, ночью или днём,
Не забирайте у родных надежду…
Для матерей, вы  будете дитём,
Вновь нА зиму готовят ВАМ одежду.

Честь сохраним, а нас хранит пусть Бог!
И вновь войны снимаем мы растяжки.
Подводим СВОЙ печальных дней итог,
О ГОСПОДИ! Прости грехи нам тяжкие…

Вечно молодые…

Расплескала осень свои краски,
Собрала деревья в хоровод.
Вновь на карнавале этом “МАСКИ”,
Не понять – закат или восход…

Остриё осколка режет крону,
Листья алой кровью на траве.
Испугавшись ива жмётся к клёну,
В жуткой предрассветной синеве.

Дай Господь на час ещё отсрочку,
Им не продержаться без меня.
А потом на всём поставим точку,
Подведя итог былого дня…

Кровь и пот смешались воедино,
Новый выстрел и опять в “мишень”.
Наша жизнь – она как поединок,
И дуэль на каждый будний день.

Две гранаты скрылись за скалою,
Эхо взрыва и протяжный вой.
Сизый дым плывёт над головою,
Дав нам передышку и покой.

Что-то рация в агонии бормочет,
Из разгрузки новый магазин.
Скалы то смеются, то хохочут.
Знать сынишка подрастёт один…

Трассер по кустам играет в прятки,
Запятнал и ты уж не жилец!
У Всевышнего свой “план и разнарядки”,
От того видать изводим мы свинец.

Лопасти винтов вспороли воздух,
Белый шлейф от пущенных ракет.
Как небесного прощенья отзвук,
Нам спасение пришло за столько лет…

От утюжили вертушки всё в квадрате,
Всполохи огня и чёрный дым…
Забирая чью-то жизнь к оплате,
Оставляя вечно молодым!

На столе стакан, краюшка хлеба,
Молча смотрим – просто в никуда.
Ты мне дал свою частичку неба,
Чтоб в мой дом не забрела беда.

Я благодарю тебя О БОЖЕ,
За тот час дарованный тобой.
Задержусь я на мгновенье всё же,
Не покинь и будь всегда со мной…

Расплескала осень свои краски,
Листья алой кровью окропив.
Вновь на “карнавал” наденем маски,
В сердце боль и верность сохранив…

Парни из спецназа..
Осталась наша жизнь с тобой за речкой,
А может быть за горным перевалом.
Искрится память вновь церковной свечкой
И стелет путь как белым покрывалом.

Нам долго будет снится та война,
Ещё живым вернувшимся из ада.
Где свою подать собирает САТАНА,
И жизнь там наивысшая награда.

Мы будем помнить тех,кто с нами был,
Собой закрыв тогда проход в ущелье.
А нынче в чёрном мраморе застыл,
Чтоб у детей продолжилось веселье.

Опять в стаканах топим ордена,
Со вздохом провожая свои годы.
Но время множит в списке имена
И пустяками кажутся невзгоды.

Прости Господь за наши прегрешенья,
Мы выполняли свой солдатский долг.
Достоин кто-то рая,иль забвения,
Я думаю ты в этом знАешь толк?!

Опять бойцы,как прежде ждут приказа,
Для них задач невыполнимых нет.
Ведь эти парни родом из СПЕЦНАЗА
И куплен в одну сторону билет…

Свои “доспехи” мы им с честью передали,
И знаем,что достойно пронесут.
Честь офицера, стяг,что мы держали,
За нас предъявят, на ВСЕВЫШНИЙ суд.

Остались души там за перевалом,
А в этом мире мы не прижились.
Ведь наша жизнь была,как горный слалом,
Заслуги прошлого увы не воздались.

И будем мы во сне ходить в разведку,
Рукой закрыв пробитое плечо.
Чеченский снайпер снова ставит “метку”,
В груди,как прежде станет горячо…

Оставьте комментарий

Подпишитесь на новости